Престиж и история: жилье в Доме на набережной по-прежнему считается элитным

Дом на Болоте

Улица Серафимовича — это адрес официальный. Иногда используется также адрес: Берсеневская набережная, 20. Дом стоит на Болотном острове — исторической местности, соединенной с остальной территорией города двумя мостами — Большим Каменным и Малым Каменным. А в старину эти места и вовсе называли Болотом. Здесь и впрямь находился когда-то пруд, заросший ряской и тиной. В летописях окрестности Болота впервые «отметились» в XVI столетии благодаря боярину Берсене Беклемишеву, которому пришло в голову отстроить здесь себе палаты. Проект не осуществился: боярина казнили по приказу Василия III. Но набережная впоследствии стала носить имя первого своего «строителя» — Берсеневская.

Строительные работы на Болоте продолжил думский дьяк Аверкий Кириллов, но и его настиг рок: гибель во время стрелецкого бунта. Еще известно, что на Болотном острове происходили кулачные бои и казни государственных преступников, а знаменитый разбойник Ванька Каин устраивал там засады на проезжих купцов. В общем, можно сказать, что края эти пользовались весьма дурной славой. Вдобавок имелся тут и свой собственный погост, относящийся к церкви Николы на Берсенях. А еще до революции располагался Винно-соляной двор, впоследствии снесенный.

Полы дубовые

Именно на месте Винно-соляного двора, в районе тогдашней улицы Всехсвятской, расположенной на правом берегу Москвы-реки, в конце 1920-х годов было решено возвести жилой комплекс для партийной и советской элиты. Его сразу же окрестили «Домом будущего», хотя в официальных документах он именовался «домом для ответственных работников ЦИК и СНК Союза ССР, ВЦИК и СНК РСФСР».

Дело в том, что многие из «ответственных работников» отчаянно нуждались в жилье: часто их переводили в Москву из других городов, и они вынуждены были жить с семьями в гостиницах. Некоторых разместили прямо в Кремле, но Сталину, по слухам, это не нравилось: он хотел сделать Кремль своей единоличной резиденцией.

Ответственным за проект назначили архитектора Бориса Иофана. Для фундамента использовали надгробья с местного церковного кладбища. В те годы этому не придавали значения: во многих городах страны закрывали старинные погосты и строили новые дома буквально «на костях».

Из-за того, что местность была заболочена, пришлось установить в грунт сваи. Стройматериалы подвозили прямо по Москве-реке на баржах.

Строился Дом на набережной с 1928-го по 1931-й. Если учесть объем работ, то сроки можно считать рекордными. Общая площадь жилого комплекса составила 400 тыс. квадратных метров, то есть здание представляло собой что-то вроде мини-города — 8 корпусов высотой от 9 до 11 этажей, 25 подъездов, на каждой лестничной клетке по две квартиры. Передвигаться между этажами можно было не только на пассажирских, но и на грузовых лифтах. Общее число квартир составило 505. Каждая — от одной до семи комнат и общей площадью от 40 до 300 кв. м. Во многих квартирах имелись отдельные каморки для прислуги, так как почти у всех жильцов были домработницы.

Полы были выполнены из дубового паркета, высота потолков достигала 3,7 м, а сами они были украшены лепниной и живописными изображениями (авторами последних являлись, между прочим, художники из Эрмитажа). В каждой квартире были газовая плита, телефон, радиоточка, мусоропровод. Дом оснастили центральным отоплением и горячим водоснабжением, что по тем временам было большой редкостью.

Правда, на всей мебели и утвари красовались инвентарные номера. Въезжая, новые жильцы обязаны были подписывать акты приемки. Если они съезжали, все передавалось новым «арендаторам».

Помимо жилых помещений, в комплексе располагались: почта, телеграф, сберкасса, поликлиника, ясли и детский сад, магазины, прачечная, парикмахерская, столовая, кинотеатр, библиотека, клуб, спортзал. То есть здание было почти автономно — можно было получить любые бытовые или культурные услуги, практически не выходя из дому.

В разные годы здесь проживали маршалы Блюхер, Тухачевский и Жуков, государственные деятели Феликс Дзержинский, Лаврентий Берия и Никита Хрущев, дети Сталина — Василий Сталин и Светлана Аллилуева, авиаторы Артём Микоян и Михаил Водопьянов, шахтер-передовик Алексей Стаханов, литераторы Демьян Бедный и Александр Серафимович. В честь последнего в 1933 году, кстати, и была переименована Всехсвятская улица.

Призраки и «гений места»

С самого начала объект окружала масса легенд. В частности, по поводу отсутствия в доме 11-го подъезда. Это связывают с тем, что в 1930 году, когда здание еще только строилось, на одном из участков приключилось возгорание. В результате строители не успевали сдать работу к сроку, и вместо восстановления поврежденного подъезда решено было разделить его площадь между соседними двумя. Поэтому 10-й и 12-й подъезды тут есть, а 11-го нет! Но якобы имеется неприметная дверь на задворках, через которую можно попасть в техническое помещение, оставшееся от сгоревшего подъезда.

Еще одно предание гласит, что между стенами квартир тянутся потайные коридоры. Проникнуть туда можно было через подвал, а предназначались они для сотрудников госбезопасности, которые якобы слушали через стены беседы высокопоставленных жильцов, и если кто-то говорил крамольные вещи, к нему приходили с арестом. Однако соседи ничего не замечали, поскольку через подъезды никто не входил и не выходил: арестованных на лифте спускали в подвал, а оттуда вывозили на вагонетке по подземному тоннелю прямо на Лубянку. Иногда брали под арест всю семью. Еще вчера в квартире жили люди, а на следующий день она уже стояла пустой… И очень скоро туда заселяли новых жильцов.

Ходили и мистические легенды. Старожилы рассказывали, что, когда дом еще только строился, в его окрестностях ночами являлись привидения закованной в цепи девушки и разбойника Ваньки Каина.

Но есть призраки, «дожившие» до наших дней. Так, говорят, что будто бы в некоторых квартирах в ночное время раздаются шаги и голоса. Считается, что это бывшие обитатели Дома на набережной, ведь многих из них расстреляли. Хотя, с другой стороны, произошло это совсем в другом месте…

А вот дочь командарма, которая иногда появляется рядом с домом, якобы погибла именно в этих стенах. История следующая. Некоего военного комиссара и его жену арестовали прямо на службе, а потом сотрудники НКВД явились домой за их дочерью. Но девушка схватила отцовский наган и заявила, что никому не откроет, а если кто-то решится войти в квартиру, она его пристрелит. Тогдашний нарком Ежов распорядился наглухо забить все входы и выходы в квартиру, а также отключить там все коммуникации. После этого соседи в течение недели слышали, как девушка зовет на помощь. Но никто не осмелился даже приблизиться к «нехорошей» квартире. Чем все закончилось, непонятно: то ли девушка умерла от голода и жажды, то ли застрелилась. Вот с той поры в позднее время суток она прогуливается по набережной близ Театра эстрады или летает на уровне третьего-четвертого этажей, где, видимо, находились окна злополучной квартиры.

Здешним «гением места» считают Лёву Федотова — сына ответственного работника, трагически погибшего на Алтае. Лева был другом детства писателя Юрия Трифонова, который впоследствии вывел его в своей повести «Дом на набережной». Интеллигентный старшеклассник, имевший множество интересов и увлечений, с 1940 года начал вести подробные дневниковые записи, в которых не только описывал собственную жизнь, но и фактически день в день предсказал дату начала Великой Отечественной войны и основные ее события. Между тем, информацию о международной обстановке в СМИ тогда ограничивали, и взять эти сведения подростку было просто неоткуда. В 1943 году юноша ушел добровольцем на фронт и погиб на Курской дуге. Много лет спустя его мать передала дневники сына еще одному другу его детства, Михаилу Коршунову, тоже ставшему писателем. Потом было множество публикаций, но загадку «пророка из Дома на набережной» так никто и не разгадал.

Понятно, что все это только мифы. Истории о коридорах с прослушкой и призраках можно подтвердить только слухами и сомнительными показаниями «очевидцев». А дневники Лёвы Федотова в оригинале никто не видел.

Жилье с видом на Кремль

Сегодня Дом на набережной — это гигантская инфраструктура с магазинами, ресторанами, культурными учреждениями, офисами многочисленных организаций. Даже здешние мансарды обитаемы: скорее всего, там, как водится, расположены художественные мастерские.

По словам управляющего партнера агентства по продаже элитной недвижимости Дмитрия Халина, спрос на квартиры в Доме на набережной остается стабильно высоким. Не так давно там были выставлены на продажу две пятикомнатные квартиры с видом на Кремль. Одна из них, на 10-м этаже, площадью 167 кв. м — по цене 88 млн рублей. Как сообщается в объявлении, внутри жилье оборудовано теплыми полами, в ванной есть телевизор и джакузи, в потолок встроена акустическая система, есть технологии приточной вентиляции, фильтрации и кондиционирования воздуха.

Вторая квартира площадью 204 кв. м занимает практически весь второй этаж, в ней три спальни с автономными санузлами, кабинет и лоджия. Жилплощадь была выставлена по стоимости 93 млн рублей.

Кто-то «заманивает» потенциальных покупателей внутренним убранством, кто-то — «роскошными» видами из окна, кто-то — современной и технологичной внутренней отделкой. По большей части Дом на набережной привлекает тех, для кого важны престиж и «историчность» места. Да, любители сталинского «конструктивизма» еще сохранились.

Разумеется, контингент жильцов уже не тот: знаменитости и чиновники ныне предпочитают селиться за городом, а не в центре столицы. Собственники, кому квартиры в этом доме достались по наследству и в результате приватизации, часто продают их или сдают в аренду. А местные оставшиеся старожилы и активисты борются за сохранение наследия, требуя убрать пристройки, появившиеся в конце 90-х — начале 2000-х, чтобы те не портили исторический облик здания.